239-253
Author: User
Date: 0101-01-01 00:00:00+00:00

ՄՇԱԿՈՒՅԹ ԵՎ ԱՐՎԵՍՏԱԳԻՏՈՒԹՅՈՒՆ

ВЛИЯНИЕ ВНЕШНИХ ФАКТОРОВ НА

ТВОРЧЕСТВО ШЕКСПИРА

Ернджакян А.а.

Творчество Шекспира, как правило, делят на три периода:

- Первый период (1590-1600) называют оптимистическим. Здесь доминируют два жанра – комедия и историческая хроника, где, с одной стороны, все построено на всеобщей радости и любви, с другой, несмотря на обилие крови, зрителя, тем не менее, не покидает оптимизм и вера в гуманистические идеалы.

- Второй период (1600-1608) – трагический. В это время были созданы “Гамлет”, “Отелло”, “Король Лир”, в которых Шекспир констатирует, что “мир безнадежно болен, в нем царствует зло. Со страниц трагедий веет отчаянием и болью за человека”[1].

- Пьесы последнего, третьего периода (1609-1612) принято считать романтическими драмами, которые “подчинены законам поэтической ус-ловности, в них случаются самые невероятные события, удивительные совпадения, чудесные превращения, они переносят нас в необыкновен-ные экзотические страны”[2].

Однако такая периодизация лишь в общих чертах передает реальную картину творчества великого драматурга. И чаще всего приходится лишь предполагать, что послужило поводом к созданию той или иной пьесы, выбору того или иного героя либо формы и содержания диалога.

Не следует забывать, что театральный Лондон в конце XVI столетия напоминал встревоженный античностью улей. После долгой “средневековой спячки” в столице забурлила светская жизнь, полная открытий и чудес. В 1576 году здесь было построено первое театральное здание для выступлений профессиональных комедиантов, начали соз-даваться большие и малые труппы, которые боролись за каждого зри-теля.

Это был чрезвычайно яркий период в истории английского театра. Драматурги заимствовали или попросту крали друг у друга сюжеты, эпизоды, на худой конец, понравившиеся строки. Ругались между собой, критиковали, унижали непристойными памфлетами.

В Лондоне Шекспир сразу оказался в эпицентре всех этих событий. В то время законодателями в английском театре были драматурги Джон Лили (ок. 1553/1554-1606), Джордж Пиль (1556-1596), Роберт Грин (1558-1592), Томас Кид (1558-1594) и Кристофер Марло (1564-1593).

Старший из них – Джон Лили – находился на пике своей славы. Особому стилю его прозы, известному под названием “эвфуизмы”, стали подражать многие, в том числе и молодой Шекспир. Ряд его комедий (“Бесплодные усилия любви”, “Сон в летнюю ночь” и др.) наверняка были созданы под влиянием творчества старшего коллеги, особенно его самой известной пьесы “Эндимион” (1588), построенной на романтической интриге и полной самой нежной любовной лирики.

У своего современника Джорджа Пиля, известного к тому же в качестве автора карнавальных шествий и уличных спектаклей, Шекспир заимствовал начало своей трагедии “Тит Андроник” и, в определенной степени, ее финал. Возможно, его вдохновило эффектное дефиле Смерти и Фурий в одной из пьес Пиля, где согласно ремарке, “входят Смерть и три Фурии, одна несет чашу с кровью, другая – блюдо с человеческими головами, третья – с костями мертвецов”[3].

Но наибольшее влияние на Шекспира оказали самые известные в тот период драматурги – Томас Кид и Кристофер Марло. Это были два друга, какое-то время они даже снимали одну квартиру и погибли с разницей в один год, не без участия тайной полиции.

“Испанская трагедия” Кида и последовавший за ним “Тамерлан” Марло произвели настоящий фурор среди театральной публики Лондона. “Испанская трагедия” считается образцом чрезвычайно популярного на английской сцене на протяжении многих лет жанра “трагедии мести”.

Здесь было все: неистовые любовные диалоги, страшные речи жаждущих мести врагов, мнимое безумство главного героя, “сцена на сцене” (многое из этого Шекспир в дальнейшем использовал в своем “Гамлете”) и прочие театральные эффекты, маски, трупы, кинжалы, окровавленные платки...

Это все оказывало на зрителя ошеломляющее воздействие. Мы уже описывали переживания страстной поклонницы трагедии, которая на смертном одре звала своего кумира – героя пьесы Иеронимо.

Шекспир также многие годы находился под влиянием многочисленных приемов кидовской пьесы, страстных, душераздирающих реплик его персонажей.

Возможно, успех Кида вдохновил Марло к созданию “Тамерлана”, который произвел “революцию в английской драматургии”[4]. Публику воодушевляли честолюбивые настроения его героев.

Безусловно, Марло, как и Кид, оказал на Шекспира большое влияние. Он даже брал у него реплики, переделывал их и бесцеремонно вставлял в свои пьесы. Марло был для Шекспира одновременно и объектом зависти, и конкурентом, которого он мечтал непременно превзойти. В конце концов, Шекспир, как мы знаем, добился своего. Надо сказать, что это ему удалось, в том числе еще и потому, что он пережил своего беспокойного соперника почти на двадцать три года.

В начале 80-х годов XVI столетия Шекспир поступил в труппу “Слуг Ее Величества королевы”. Через несколько лет он перешел в труппу “Слуг лорда Стрейнджа”, которая ставила “Испанскую трагедию” Кида и “Мальтийского еврея” Марло. Возможно, он даже играл в этих пьесах.

Приблизительно в это же время он начал создавать свои первые произведения. Однако и до сих пор не утихают споры о том, какой именно пьесой Шекспир дебютировал как драматург. Была ли это трагедия, комедия или историческая хроника?

Происхождение и авторство его ранних пьес невозможно точно определить. Ситуация осложняется еще и тем, что, возможно, эта самая ранняя пьеса исчезла, подобно раннему “Гамлету”, или он написал ее в сотрудничестве с другим драматургом, и эта пьеса сегодня известна под чужим именем. А, может быть, первой пьесой является одно из ныне известных нам произведений, которое он, как нам кажется, написал уже в зрелом возрасте. Шекспир, как известно, регулярно переделывал свои сочинения, подстраиваясь под вкусы публики или в силу других причин. Поэтому приходится лишь гадать и строить всевозможные версии на этот счет.

В этой связи, почему бы, например, не допустить, что свою первую пьесу Шекспир написал именно в жанре трагедии. На это могут указывать ряд соображений, приводимых нами ниже.

Комедии и исторические хроники, скорее всего, появились позднее, когда Шекспир, скажем так, уже немного самоутвердился. А в начале карьеры, если учитывать амбиции молодого автора, ему, вероятно, хотелось бы сразу сразить своих ближайших соперников – Кида и Марло. И сразить их же оружием – кровавой “трагедией мести”.

Скорее всего, это была трагедия “Тит Андроник” с рекордным (даже для подобного жанра) числом убийств и прочих ужасов. Представьте только, что главному герою прямо на сцене отрубают руку, а его дочь Лавиния, уже лишенная рук,тростью, зажатой во рту, пишет имя преступников на песке.

Кульминацией этой кровавой вакханалии является сцена, когда Тамора поедает пирог с мясом и растертыми в порошок костями своих сыновей. После этого Тит убивает ее и сам погибает, успев при этом заколоть свою невинную дочь, ставшую калекой...

Вот такой каскад ужасов от гениального Шекспира.

Но самое интересное заключается в том, что он все же достиг своей цели: пьеса пользовалась большим успехом и многие годы не сходила со сцены.

Продолжим строить версии о том, какими пьесами дебютировал Шекспир.

Думается, он не зацикливался только на коварных интригах Древнего Рима и параллельно с “трагедией мести” мог попробовать себя и в искусстве комедии. Тем более, что ни Марло, ни Кид в этом жанре не писали, и Шекспир мог одержать легкую победу, хотя бы в силу “неявки соперников”.

Вероятнее всего, первой шекспировской комедией, как считают исследователи, могла быть одна из следующих его пьес: “Укрощение строптивой” (ее ранняя версия), “Два веронца” или “Комедия ошибок”. При всей примитивности этих комедий в них, безусловно, проглядываются “солнечные блики” будущих шедевров.

Согласно известной версии М. М. Морозова[5], возможной причиной обращения молодого Шекспира к античным темам и к жанру комедии была связь с одним из блестящих вельмож своего времени – графом Саутгемптоном: принято считать, что драматург часто посещал дом графа, покровителя многих начинающих писателей. Это был дворец, где царил праздник: устраивались карнавалы, литературные и музыкальные вечера. Здесь была атмосфера постоянного восхищения Италией....

Однако ни в одном письме Саутгемптона, ни в одном связанном с ним документе нет упоминаний об актере и драматурге Уильяме Шекспире.

Впрочем, молодость сама по себе могла стать источником оптимистических сюжетов этих произведений. Подробности биографии Шекспира явствуют о том, что, будучи гениальным поэтом и драматургом, в повседневной жизни он был довольно трезвым прагматиком и точно рассчитывал каждый свой шаг.

Сам переезд из Стратфорда в Лондон свидетельствует о том, что его не устраивала карьера простого перчаточника – тот максимум, который ему могли предложить его отец и родной город. В столице он, недолго думая, поступил в актерскую труппу, где мог бы “изнутри освоить ремесло драматурга и наладить потом сбыт своей продукции”[6].

Обладая огромным талантом, он писал очень быстро, не гнушаясь при этом иногда использовать “строки и ситуации” своих коллег – Марло, Лили, Кида и других. Как точно отметил Т.С. Элиот, “плохие поэты заимствуют, в то время как хорошие крадут; у Шекспира получалось и то и другое”[7]. Темы многих пьес он выбирал с учетом возможных пожеланий сильных мира сего и вкусов публики. Уже начав писать пьесы и став достаточно известным, он тем не менее не оставил актерскую профессию, которая давала дополнительные средства к существованию. А когда появилась соответствующая возможность, не раздумывая, стал одним из пайщиков родного “Глобуса”. В результате к жалованию Шекспира прибавился процент от эксплуатации самого театрального здания. Подсчитано, что в начале XVII столетия “за пьесу он получал около 10 фунтов; как актер – 1/8 партерного сбора и от половины сбора за места на галереях; как совладелец театра (“домовладелец”) – 1/10 от второй половины галерейного сбора”[8].

Подобно своему отцу, Шекспир вкладывал деньги в недвижимость. В отличие от Марло или даже Нэша и Грина его инстинкт самосохранения “оберегал” его от рискованных действий. В результате к концу жизни он сколотил весьма серьезное состояние.

Шекспир (деньгами и связями) даже помог отцу в 1596 году получить дворянский титул и “золотой гербовый щит, на темном поясе посеребренное стальное копье”[9]. Между тем многие из его более именитых коллег, так называемых “университетских умов”, умирали молодыми от нищеты, пьянства, болезней[10]*.

Естественно, такая горькая участь коллег Шекспира на фоне его относительно благополучной жизни не могла не стать причиной самой черной зависти. Его менее удачливые собратья по перу не могли понять, как этот необразованный и бездарный, по их мнению, писака смог вознестись так высоко!?

Роберт Грин, окончивший два университета (Оксфордский и Кембриджский) и безумно гордившийся этим, называя себя не иначе как “по-латыни Utriusque Academiaein Artibus Magister – обеих академий магистр искусств”[11], воспринимал стратфордца как выскочку. Вместе с Томасом Нэшем они организовали настоящую травлю против молодого Шекспира. Нэш обвинял его в подражании Киду и попытке превзойти Грина и Марло своими “напыщенными виршами”. Друг Нэша Грин называл его невеждой и плагиатором, перенимающим чужие стили.

В 1589 году в предисловии пасторального романа Грина “Менафон” Нэш, очевидно с благословения автора – своего старшего друга и патрона – грубо набрасывается на неучей (в первую очередь, имея в виду Шекспира), “которые рады присвоить труд Овидия или Плутарха и выдать его за собственный”[12].

В 1590 году в своем памфлете “Никогда не поздно” Грин решил “уничтожить” Шекспира-актера: “С чего это ты, Росций, возгордился вместе с Эзоповой вороной, хотя оперенье у тебя чужое? Ведь тебе-то самому сказать нечего...”. Через два года, находясь уже при смерти, он пишет памфлет “Копейка ума, искупленная миллионом раскаяния”, где, в частности, предупреждает своих друзей Нэша, Марло, Пиля: “Да, не верьте им, ибо среди них появилась ворона, нарядившаяся в наши перья с сердцем тигра под костюмом актера; этот выскочка считает себя способным смастерить белый стих не хуже любого из вас, и в качестве настоящего Johannes-Factotum (мастер на все руки) мнит себя единственным потрясателем сцены (Shakescene) в стране”[13].

Итак, в течение трех лет эти два пропойцы между сеансами обжорства строчили низкопробные опусы и всячески травили жизнь Шекспира или, как они его называли, “деревенского выскочки”: ругали за плагиат, отсутствие университетского образования, и, как следствие, за плохое знание латыни и греческого...

А на самом деле, – только за то, что тот, в отличие от них, “имел наглость” пользоваться большим успехом у зрителей.

Шекспир, конечно, понимал, что эти выпады могли серьезно помешать ему в творческой карьере. Однако его и на этот раз не подвело отмеченное многими острое чувство самосохранения. Он не стал открыто воевать ни с Грином, ни с Нэшем. Более того, он никак не отреагировал на их ядовитую критику.

Молодой Шекспир решил найти себе могущественного покровителя, чтобы нейтрализовать злобные нападки своих менее талантливых коллег. Среди кандидатов на эту роль были граф Пембрук и граф Ратленд. Но Шекспир решил сделать ставку на влиятельнейшего пэра Англии Генри Ризли, 3-го графа Саутгемптона, с которым мечтал породниться сам лорд-казначей Уильям Сесил, 1-й барон Берли.

Известно, что Шекспир не был завсегдатаем в доме графа, но знакомы они, наверняка, были. Генри Ризли очень любил театр и не мог не видеть Шекспира хотя бы на сцене. Дотошные исследователи указывают на ряд других поводов для их знакомства. В частности–через Джона Флория, учителя графа и в то же время приятеля многих драматургов (возможно, и Шекспира).

Так или иначе, летом 1592 года Шекспир сел писать свою первую поэму “Венера и Адонис”, которую решил посвятить своему будущему покровителю. Как видим, время он подобрал очень удобное – период вынужденного простоя. Дело в том, что в это время в Лондоне разразилась очередная эпидемия чумы, и многие театры в этой связи временно были закрыты.

К поэме он сделал элегантную приписку, адресованную “его милости Генри Ризли графу Саутгемптону, барону Тичфилду”:

Ваша милость!

Боюсь, не оскорблю ли Вашу милость, посвящая Вам мои слабые строки, и не осудит ли меня свет за избрание столь сильной опоры для такой легковесной ноши; но если она понравится Вашей милости, я сочту это высочайшей наградой и поклянусь посвятить весь свой досуг неустанному труду, пока не создам в Вашу честь творение более достойное. <…>

Покорный слуга Вашей милости

Уильям Шекспир[14].

Это был очень сильный ход. Граф Саутгемптон, возможно, сам того не ведая, оказал Шекспиру ту самую поддержку, на которую он так рассчитывал. Противники “потрясателя сцены” и “выскочки-вороны” сразу же ретировались. И не удивительно. Никому не хотелось осложнять отношения с одним из влиятельнейших людей Англии, который пользовавлся благосклонностью самой Елизаветы, друга могущественного Роберта Девере, 2-го графа Эссекса.

Первым дрогнул злоязычный Томас Нэш – товарищ и собутыльник Роберта Грина. При переиздании своего памфлета он самым подлым и трусливым образом отрекся от своего друга, представив его единоличным автором известного произведения: “И еще есть новость, о которой меня поставили в известность, будто бы подлый, низкий и лживый памфлет Грина “На грош ума”– моих рук дело. Да пусть Господь навсегда оставит своей заботой мою душу, да буду отвергнут им, коль слово или полслова выведены там моим пером, коль я был осведомлен о писании или печатании оного”[15].

Вторым был издатель Генри Четтл, который нес ответственность за публикации памфлетов. В предисловии к собственному сочинению “Сон добросердечного” он чистосердечно покаялся за содеянное: “Я сожалею так, как если бы вина была моей собственной, поскольку имел случай убедиться в том, что в его поведении столько же благовоспитанности, как в деле, которым он занимается, совершенства. К тому же люди весьма знатные рекомендовали его (Шекспира.– А.Е.) как человека прямодушного, что подтверждается его честностью, и наделенного счастливым даром письма, что подтверждается его искусством”[16].

Добавим, что поэма “Венера и Адонис” была издана другом Шекспира Ричардом Филдом и пользовалась в Лондоне огромной популярностью – в течение десяти лет ее девять раз переиздавали.

Генри Ризли–графу Саутгемптонскому как поэма, так и приписка понравились, и уже в следующем году Шекспир написал “Обесчещенную Лукрецию”, которую также посвятил графу.

Как видим, Шекспир создавал свои произведения не в “безвоздушном пространстве”, абстрагировавшись от окружавшей его действительности. Нет, он очень чутко реагировал на происходящие вокруг события, скрупулезно взвешивал целесообразность выбора того или иного сюжета, героев и даже реплик. Многие из его пьес, сонетов, поэм имеют вполне определенную мотивацию их создания.

Когда Англия одержала блестящую победу над “владычицей морей”, могущественной Испанией, разгромив ее “Непобедимую армаду” в морской битве 1588 года, в стране резко возросли патриотические настроения, возник небывалый интерес к национальной истории, появилось большое количество всевозможных сочинений, воспевающих Англию.

Изданные в 70-80 годах XVI столетия хроники Рафаэля Холиншеда, Уильяма Гаррисона, Джона Стоу и других оказали весомое влияние на драматургию и театр. С легкой руки “бурного гения Возрождения” Кристофера Марло они пользовались большой популярностью. Их более или менее успешно штамповали многие писатели самых разных творческих дарований[17], что позволило приобщить широкие слои публики к исторической информации. Современник Шекспира драматург Т. Хейвуд говорит в своей “Апологии актеров” о воспитательном значении этих исторических драм следующее: “Пьесы сделали невежду более восприимчивым, передали необразованным знание многих исторических фактов, натолкнули неграмотных, которые не могли читать, на знакомство с нашими английскими хрониками, и нет теперь человека, столь неспособного, который бы не мог спорить по пово- ду любого значительного факта со времен Вильгельма Завоевателя вплоть до наших дней”[18].

Шекспир, естественно, не мог оставаться в стороне от этого процесса. Он сочинил десять блестящих пьес, посвященных событиям английской истории. Никто из современников не написал больше произведений на эту тему. Оставаясь верным своим принципам, Шекспир создавал их, опираясь не только на исторические факты, но и на конъюнктуру текущего момента. Замечено, что во многих из них он, кроме всего прочего, так или иначе откликался на события, происходящие в современной ему Англии.

Так, знаменитое произведение “Ричард III” повествует о поражении рода Йорков в борьбе с Ланкастерами и возвращении последним, точнее Тюдорам – боковой линии этого рода – английской короны. И если учесть, что в то время английским народом правила королева Елизавета Тюдор, то можно допустить, что тема будущего произведения выбиралась Шекспиром с учетом, так сказать, политических особенностей текущего момента.

Можно привести и другие примеры зависимости подобного рода. Есть мнение, что весь цикл исторических пьес был написан по заказу лорда Стрейнджа, который таким образом желал выслужиться перед королевой. Шекспир в это время числился в труппе “Слуги лорда Стрейнджа” и ему ничего другого не оставалось, как выполнить поручение своего непосредственного шефа. Более того, в “Генрихе VI” и “Ричарде III” Шекспир отвел родственникам Стрейнджа самые выигрышные роли. Например, граф Дерби – предок лорда Стрейнджа[19] – собственноручно короновал Генриха Болингброка...

Со сменой власти интерес к хронике еще какое-то время сохранял-ся. В 1605 году преемник Елизаветы, король Иаков I “намекнул” Шекспиру, что к празднествам по случаю приезда в Англию короля Кристиана IV Датского надо написать пьесу, посвященную истории Шотландии, откуда родом его предки.

Предложение нового главы государства Шекспир воспринял со всей серьезностью – ведь он теперь числился в труппе короля, т.е. работал в придворном театре. Высокое доверие начальства надо было оправдать, и Шекспир, отыскав у Холиншеда соответствующую историю, написал очередной шедевр –“Макбет”, где, может быть, и не совсем точно с исторической точки зрения, но с вполне оправданным желанием понравиться заказчику провел параллель между действующим королем Англии и легендарным Банко. Чтобы обеспечить королю Иакову незапятнанную родословную, он даже предусмотрительно убрал Банко из состава убийц Дункана. Как-никак тот был основателем династии Стюартов.

В пьесе Шекспир предрекает ему “великую славу, а его потомкам – корону и объединение двух держав под одним скипетром”[20].

Так что с идеологической точки зрения пьеса была написана безупречно. А чего стоит панегирик, который произносит Малькольм в честь английского короля, т.е., надо понимать, самого Иакова[21].

Кроме этого, Шекспир даже учел, что преемник Елизаветы был одним из ярких борцов за правое дело освобождения страны от ведьм и прочей нечисти. В свое время он, как известно, написал книгу “Демонологию”, где была изложена официальная позиция в отношении противоправных действий сатаны и его клики. С этой целью (во всяком случае, это не исключено) Шекспир и ввел в состав действующих лиц трагедии трех ведьм.

Дописав “Макбет”, Шекспир, наверное, посчитал, что сполна выполнил свой долг перед историографией и страной и больше хроник не писал, не считая совместной работы с Джоном Флетчером над злополучной пьесой “Все истинно” (“Генрих VIII”)[22].

После того как Шекспир перестал писать хроники, мода на исторические пьесы в Англии пошла на спад.

Что касается “Гамлета”, то и в этом случае можно предположить наличие ряда причин или поводов к его созданию. Действительно, после того как в 1576 году французский писатель Франсуа де Бельфоре воспроизвел в своих “Трагических повестях” скандинавское сказание, история злоключений бедного Гамлета приобрела в Англии определен-ную известность. Во всяком случае, имя Гамлет (или в просторечии Хемнет) пользовалось в ту эпоху популярностью. Так, в частности, звали не только многих друзей, но также и сына самого Шекспира (предполагается, что малыш получил это имя в честь своего крестного отца, стратфордского пекаря, друга семьи Шекспиров Хемнета Сэдлера).

Принято считать, что автором первого английского “Гамлета”, так называемого Ur-”Гамлета”, был Томас Кид, хотя достоверных данных об этом нет. Догадки строятся на известном памфлете Томаса Нэша, где, кстати, наряду с Кидом упоминается и Шекспир.

Так вот, если допустить, что первая версия о злоключениях принца Датского была написана не Кидом, а самим Шекспиром, то становится ясным, почему он спустя годы снова взялся за эту пьесу. Шекспир не мог простить себе ее провала.

Надо сказать, ничего необычного в этом не было–Шекспир очень часто обновлял свои уже готовые пьесы. Так он, возможно, поступил с ранним вариантом “Укрощения строптивой”, которую переделал в уже знакомую нам знаменитую комедию, и с первой версией “Короля Лира”. Не исключено, что именно благодаря уязвленному самолюбию Шекспир создал свое величайшее творение.

В 1596 году умер единственный сын Шекспира – одиннадцатилетний Хемнет. Это случилось всего за несколько лет до выхода в свет первого издания трагедии. Тяжелое потрясение, вызванное потерей ребенка, не могло не отразиться в творчестве писателя.

Таким образом, вполне допустимо, что каждое из этих событий или их совокупность могли оказать известное влияние на выбор тем его произведений.

ԱՐՏԱՔԻՆ ԳՈՐԾՈՆՆԵՐԻ ԱԶԴԵՑՈՒԹՅՈՒՆԸ ՇԵՔՍՊԻՐԻ ՍՏԵՂԾԱԳՈՐԾՈՒԹՅԱՆ ՎՐԱ

Երնջակյան Ա.Հ.

Ամփոփում

Շեքսպիրի ստեղծագործության վրա ազդել են բազմաթիվ հանգամանքներ: Դրամատուրգն իր պիեսներով արձագանքել է շուրջը կատարվող իրադարձություններին՝ նկատի ունենալով իր ստեղծագործություննե-րի նպատակայնությունը, սյուժեն, հերոսներին: Նրա գրեթե բոլոր պիեսները, սոնետներն ու պոեմներն ունեն ստեղծագործական հստակ դրդապատճառներ:

INFLUENCE OF EXTERNAL FACTORS ON SHAKESPEARE'S CREATIVITY

A. Yernjakyan

Abstract

The article deals with circumstances that, in one way or another, could affect the work of Shakespeare. It is indicated that Shakespeare created his works not in the "airless space", abstracting from the surrounding reality. He was very sensitive to the events around, scrupulously weighed the expediency of choosing a particular plot, heroes and even replicas. Many of his plays, sonnets, poems have a very definite motive, the reason for their creation.

Заметки

[←1]

История зарубежного театра: в 3 ч. (под общ. ред. Г.Н. Бояджиева, ч. I, Театр Западной Европы, М., 1971, с. 196).

[←2]

Там же, с. 210.

[←3]

Акройд П. Шекспир. Биография, М., 2010, с. 206.

[←4]

Там же, с. 210.

[←5]

Морозов М. Жизнь замечательных людей, Шекспир, М., 1947, с. 27.

[←6]

Холлидей Ф.Е. Шекспир и его мир, М., 1986, с. 32.

[←7]

Акройд П., указ. соч., с. 275.

[←8]

Холлидей Ф.Е., указ. соч., с. 48.

[←9]

Там же, с. 41.

[←10]

* Гений Кристофера Марло блеснул как комета в английском театре и погас, когда ему было всего 29 лет. Своими эпатажными выходками и своеобразными взглядами на общество и особенно на религию он настроил против себя власти и церковь и в конце концов был заколот кинжалом в глаз в нелепой драке.

Томас Кид–автор знаменитой “Испанской трагедии”, которому подражали многие современные ему писатели, в том числе и Шекспир, был обвинен в государственной измене. Его пытали. После чего на свободе он прожил всего год, полный лишений и страха.

Джон Лили закончил жизнь в “благородной бедности”. Бедняга до последней минуты жизни надеялся получить должность “распорядителя придворных увеселений”, о которой он не раз просил королеву Елизавету.

Роберт Грин страдал от болезней и обжорства, умер в нищете в доме какого-то башмачника.

Джордж Пиль славился своей распутной жизнью. Даже Роберт Грин призывал Пиля к раскаянию. Умер от оспы.

Томас Нэш учился в Кембридже, мечтал прославиться – не получилось. Взял псевдоним “Пасквиль” и, помимо слабых пьес, писал пасквили на Шекспира и других драматургов. В результате превратился в “желчного и разочарованного типа” (Акройд П., указ. соч., с. 224). Сидел какое-то время в Ньюгейтской тюрьме и умер в возрасте 34-х лет.

[←11]

Аникст А.А. Шекспир, М., 1964, с. 68.

[←12]

Акройд П., указ. соч., с. 224.

[←13]

Брандес Г. Неизвестный Шекспир. Кто, если не он, М., 2012, с. 26.

[←14]

Шенбаум С. Шекспир: краткая документальная биография, М., 1985, с. 230.

[←15]

Шайтанов И.О. Шекспир, М., 2013, с. 173.

[←16]

Там же.

[←17]

В этот период было поставлено не менее ста пятидесяти таких пьес.

[←18]

Гвоздев А.А., указ. соч., с. 180.

[←19]

Лорд Стрейндж – Фердинандо Стэнли, впоследствии – 5-й граф Дерби.

[←20]

Корбут В. Шекспировские страсти (Планета, 2010, № 11 (67), с. 77).

[←21]

Шекспир У. Макбет (пер. Ю.Б. Корнеева, Шекспир У. Полн. собр. соч. в 8 т., т. 7, М., 1960, с. 79).

[←22]

Как известно, во время ее постановки в “Глобусе” 29 июня 1613 года в театре вспыхнул пожар: “…сначала показался просто дымок, на него зрители не обратили внимания, увлеченные пьесой; все вспыхнуло, и огонь побежал по стенам, будто цепь, и в течение часа уничтожил весь дом до основания”(Акройд П., указ. соч., с. 696).